Главная arrow Робототехника arrow Этика и мораль
Как начинался компьютер
Компьютерная революция
Двоичный код
Разработки военных лет
Интегральные микросхемы
Микрокомпьютер
Персоны
Сеть
Язык компьютера
Развитие ПО
Гибкие системы
Средства разработки
Информатика
Вычислительная наука
Операционные системы
Искусственный интеллект
Предыстория
Поиск
Знания и рассуждения
Логика
Робототехника
 

 
Этика и мораль Печать

До сих пор в этом разделе в основном рассматривался вопрос о том, может ли быть разработан искусственный интеллект, но необходимо также посвятить время анализу вопроса, должен ли он все же быть разработан. Если последствия создания технологии искусственного интеллекта с большей вероятностью будут отрицательными, чем положительными, то люди, работающие в этой области, несут моральную ответственность, обязывающую их направить свои поиски в другие области.

Непредвиденные отрицательные побочные эффекты стали следствием внедрения многих новых технологий: двигатели внутреннего сгорания послужили причиной загрязнения воздуха и повсеместного строительства дорог, даже в самых райских уголках; ядерные технологии стали причиной взрывов в Чернобыле и на острове Тримайл Айленд и создали угрозу глобального разрушения. Все ученые и инженеры сталкиваются с этическими соображениями, которые они должны учитывать, выполняя свою работу, выбирая проекты, которые должны или не должны быть реализованы, а также способы осуществления этих проектов. На эту тему была даже написана книга Ethics of Computing. Но искусственный интеллект, по-видимому, становится источником некоторых невиданных ранее проблем, в том числе перечисленных ниже, кроме, скажем, строительства мостов, которые падают под собственным весом.

 

  • В результате автоматизации может увеличиться количество безработных.
  • Может уменьшиться (или увеличиться) количество свободного времени, имеющегося в распоряжении людей.
  • Люди могут потерять чувство собственной уникальности.
  • Люди могут потерять некоторые из своих прав на личную жизнь.
  • Использование систем искусственного интеллекта может привести к тому, что люди станут более безответственными.
  • Успех искусственного интеллекта может стать началом конца человеческой расы.

Рассмотрим каждую из этих проблем по очереди.

В результате автоматизации может увеличиться количество безработных. Современная индустриальная экономика стала полностью зависимой от применения компьютеров в целом и отдельных программ искусственного интеллекта в частности. Например, значительная часть экономики, особенно в Соединенные Штатах, зависит от доступности потребительского кредита.

Проверка заявок на выпуск кредитных карт, выдача разрешений на осуществление платежей и раскрытие мошеннических сделок, а также другие операции теперь выполняются программами искусственного интеллекта. Напрашивается вывод, будто из-за появления этих программ свои места потеряли тысячи служащих, но в действительности этих рабочих мест без применения программ искусственного интеллекта просто не было бы, поскольку в случае применения ручного труда стоимость этих операций была бы неприемлемой.

До сих пор автоматизация с помощью технологии искусственного интеллекта неизменно создавала больше рабочих мест, чем устраняла, к тому же приводила к появлению более интересных и высокооплачиваемых специальностей. Теперь, после того как канонической программой искусственного интеллекта стал "интеллектуальный агент1', предназначенный для помощи человеку, потеря работы становится еще менее вероятным последствием внедрения искусственного интеллекта по сравнению с той эпохой, когда все усилия специалистов по искусственному интеллекту сосредоточивались на создании "экспертных систем", предназначенных для замены людей.

Может уменьшиться (или увеличиться) количество свободного времени, имеющегося в распоряжении людей. Алвин Тоффлер в своей книге Future Shock указал: "Рабочая неделя с начала столетия сократилась на 50%. И никого не удивляет прогноз, что к 2000 году она будет сокращена еще наполовину". Артур К. Кларк писал, что "люди в 2001 году могут столкнуться с будущим, заполненным необычайной скукой, когда главной проблемой в жизни станет принятие решения о том, какой из нескольких сотен телевизионных каналов выбрать для просмотра.

Единственным из этих прогнозов, который сбылся хоть в какой-то степени, стало количество телевизионных каналов. А вместо сокращения рабочего дня люди, занятые в отраслях промышленности, характеризующихся интенсивным использованием знаний, стали чувствовать себя частью интегрированной компьютеризированной системы, которая работает 24 часа в сутки; чтобы успешно справляться со своими обязанностями, они вынуждены работать все больше и больше.

В индустриальной экономике вознаграждения приблизительно пропорциональны затратами времени; увеличение продолжительности работы на 10% обычно приводит в среднем к увеличению доходов на 10%. А в информационной экономике, характеризующейся наличием широкополосной связи и упрощением тиражирования интеллектуальной собственности (которую Фрэнк и Кук назвали "обществом, в котором победитель получает все"), самое большое вознаграждение приносит способность оказаться немного более успешным, чем конкурент; увеличение продолжительности работы на 10% может означать увеличение дохода на 100%. Поэтому каждый испытывает все возрастающий прессинг, который заставляет его работать все интенсивнее. Искусственный интеллект способствует увеличению темпов внедрения технологических инноваций и поэтому вносит свой вклад в эту общую тенденцию, но искусственный интеллект обещает также предоставить нам возможность снять с себя часть нагрузки и позволить нашим автоматизированным агентам хоть какое-то время выполнять работу за нас.

Люди могут потерять чувство собственной уникальности. В своей книге Computer Power and Human Reason Вейценбаум, автор программы Eliza, указал на некоторые потенциальные угрозы, с которыми сталкивается общество в связи с развитием искусственного интеллекта. Одним из самых важных доводов Вейценбаума является то, что в результате исследований в области искусственного интеллекта кажется уже не такой невероятной идея о том, что люди представляют собой автоматы, а эта идея приводит к потере самостоятельности или даже человечности. Но авторы настоящей книги хотят отметить, что эта идея существовала задолго до появления искусственного интеллекта и восходит по меньшей мере к тем временам, когда вышла книга L'Homme Machine. Авторы также отмечают, что люди пережили и другие покушения на чувство их уникальности: Коперник, автор книги De Revolutionibus Orbium Coelestium, убрал Землю из центра солнечной системы, а Дарвин, автор книги Descent of Man, поместил вид Homo sapiens на тот же уровень, где находятся все другие виды живых существ. Поэтому даже в случае его широкого и успешного наступления искусственный интеллект станет не большей угрозой для моральных устоев общества XXI века, чем была дарвиновская теория эволюции для XIX века.

Люди могут потерять некоторые из своих прав на личную жизнь. Вейценбаум также указал, что развитие технологии распознавания речи может привести к широкому распространению средств прослушивания телефонных разговоров и поэтому к потере гражданских свобод. Он не предвидел, что когда-то в мире террористические угрозы станут настолько реальными, что изменят отношение людей к тому, с каким уровнем надзора они будут готовы согласиться, однако правильно понял, что искусственный интеллект обладает потенциалом к созданию средств надзора массового применения. Предсказание Вейценбаума вскоре может осуществиться6: правительство США рассматривает вопрос о внедрении системы Echelon, которая "состоит из сети пунктов прослушивания, антенных полей и радарных станций; система опирается на поддержку компьютеров, в которых используется языковой перевод, распознавание речи и поиск по ключевым словам для автоматического просеивания трафика, идущего по телефону, электронной почте, факсу и телексу". Многие согласны с тем, что компьютеризация приводит к ущемлению прав на личную жизнь, — один из старших руководителей компании Sun Microsystems Скотт Макнили даже заявил: "У вас все равно нет никакой личной жизни. Забудьте о ней". Другие с этим не согласны; например, судья Луис Брандейс писал еще в 1890 году: "Право наличную жизнь является самым всеобъемлющим из всех прав... ведь это — право оставаться самим собой".

Использование систем искусственного интеллекта может привести к тому, что люди станут более безответственными. В той атмосфере постоянной готовности к судебным разбирательствам, которая доминирует в Соединенных Штатах, большую важность приобретают вопросы правовой ответственности. Если терапевт принял на веру суждение медицинской экспертной системы в отношении диагноза, то кто будет нести ответственность, если диагноз окажется неправильным? К счастью, теперь общепризнано, что нельзя рассматривать как пренебрежение служебными обязанностями выполнение терапевтом медицинских процедур, которые имеют высокую ожидаемую полезность, даже если фактические результаты оказались катастрофическими для пациента (отчасти такая смена взглядов обусловлена ростом влияния методов теории решений в медицине).

Поэтому приведенный выше вопрос должен рассматриваться в такой формулировке: "Кто должен нести ответственность, если диагноз оказался неоправданным?" До сих пор суды исходили из того, что медицинские экспертные системы играют такую же роль, как медицинские учебники и справочники; терапевты обязаны понять ход рассуждений, лежащий в основе любого решения системы, и использовать свое собственное суждение для принятия решения о том, нужно ли следовать рекомендациям системы.

Поэтому при проектировании медицинских экспертных систем в виде интеллектуальных агентов действия этих систем следует рассматривать не как непосредственно воздействующие на пациента, а как влияющие на поведение терапевта. А если экспертные системы когда-то будут надежно вырабатывать более точные диагнозы по сравнению с людьми, врачи могут стать юридически ответственными, если они не используют рекомендации экспертной системы.

Приобретают также важное значение аналогичные вопросы, касающиеся использования интеллектуальных агентов в Internet. Например, достигнут определенный прогресс в части внедрения ограничений в интеллектуальные агенты, чтобы они не могли, допустим, повредить файлы других пользователей. Проблемы становятся еще более важными, когда речь идет о денежных сделках. Если финансовые операции выполняются интеллектуальным агентом "от чьего-то имени", то кто будет отвечать за причиненные убытки?

Будет ли существовать такая возможность, чтобы интеллектуальный агент сам имел активы и участвовал в электронных торгах от своего имени? Создается впечатление, что такие вопросы до сих пор еще полностью не изучены. Насколько известно авторам данной книги, еще ни одной программе не был придан правовой статус как индивидуума, способного участвовать в финансовых операциях; в настоящее время такое решение, по-видимому, было бы неблагоразумным. Кроме того, программы еще не рассматриваются как "водители", когда речь идет о контроле за выполнением правил дорожного движения на реальных автомагистралях. По крайней мере, в Калифорнии не предусмотрено никаких юридических санкций, которые исключали бы возможность превышения автоматизированным транспортным средством скоростных пределов, хотя в случае аварии должен нести ответственность проектировщик механизма управления транспортным средством. Как и в случае технологии клонирования людей, законодателям еще предстоит включить новые разработки в правовое поле.

Успех искусственного интеллекта может стать началом конца человеческой расы. Почти любая технология, попадая в злонамеренные руки, обнаруживает потенциальные возможности для причинения вреда, но когда речь идет об искусственном интеллекте и робототехнике, возникает новая проблема, связанная с тем, что эти злонамеренные руки могут принадлежать самой технологии.

Предупреждения о том, какую опасность несут роботы или роботизированные киборги-гуманоиды, вышедшие из-под контроля, стали сюжетом бесчисленных научно-фантастических произведений. К числу самых ранних примеров таких произведений относятся книга Frankenstein, or the Modern Prometheus1 Мэри Шелли и пьеса R.U.R Карела Чапека 1921 год), в которых описано, как роботы завоевывают мир. В кинематографе этой теме посвящены фильм "The Terminator" (Терминатор), вышедший на экраны в 1984 году, в котором используются клише "о роботах, завоевывающих мир" и сюжет о путешествии во времени, и фильм "The Matrix" (Матрица), вышедший в 1999 году, в котором объединены сюжеты "о роботах, завоевывающих мир" и "о мозге, растущем в колбе".

По-видимому, роботы являются главными героями такого большого количества художественных произведений о завоевании мира в основном из-за того, что они воплощают в себе неизвестное, точно так же, как ведьмы и приведения в сказках, которыми пугали людей в более ранние эпохи. Но действительно ли роботы создают более реальную угрозу, чем ведьмы и приведения? Если роботы правильно спроектированы как агенты, которые соблюдают интересы своего владельца, то они не создают таких угроз: роботы, развивающиеся на основе постоянного усовершенствования текущих проектов, будут служить своим хозяевам, а не бороться против них.

Люди иногда используют свой интеллект в агрессивных формах, поскольку они обладают некоторыми врожденными агрессивными тенденциями, обусловленными естественным отбором. Но машины, созданные людьми, не нуждаются в чертах врожденной агрессивности, если только сами люди не решат, что они должны быть таковыми. С другой стороны, возможно, что компьютеры добьются своего рода победы над людьми, успешно служа и становясь незаменимыми, так же как и автомобили, которые в определенном смысле завоевали промышленно развитый мир. Рассмотрим один сценарий, заслуживающий дополнительного анализа. И. Дж. Гуд писал в одном из своих произведений следующее.

Дадим определение сверхинтеллектуальной машине как способной намного превзойти во всех областях мыслительной деятельности любого человека, каким бы умным он не был. А поскольку проектирование машин является одним из таких направлений мыслительной деятельности, то сверхинтеллектуальная машина сможет проектировать еще более интеллектуальные машины; это, безусловно, приведет к "взрыву интеллектуальности" и интеллект человека останется далеко позади. Таким образом, первое изобретение сверхинтеллектуальной машины станет последним изобретением, которое когда-либо сможет сделать человек, и то, если только машина будет достаточно любезна, чтобы сообщить человеку, как держать ее под контролем.

Этому "взрыву интеллектуальности" профессор математики и автор научно-фантастических произведений Вернор Виндж присвоил другое название — технологическое превосходство; он писал: "В течение тридцати лет люди получат технологические средства для создания сверхчеловеческого интеллекта. Вскоре после этого эра людей закончится". Гуд и Виндж (и многие другие) правильно отмечают, что в настоящее время кривая технологического прогресса растет экспоненциально (достаточно вспомнить закон Мура). Однако прогноз, что эта кривая будет и дальше подниматься вверх, следуя законам почти бесконечного роста, был бы слишком смелым. До сих пор любая технология развивалась по S-образной кривой, согласно которой экспоненциальный рост в конечном итоге сходит на нет.

Виндж озабочен и обеспокоен грядущим технологическим превосходством, но другие специалисты в области компьютерных наук, занимающиеся прогнозами, радуются его наступлению. Ханс Моравек в своей книге Robot: Mere Machine to Transcendent Mind предсказывает, что роботы сравняются по интеллектуальности с человеком за 50 лет, после чего его превзойдут. В своей книге он пишет следующее.

Довольно скоро они станут способными вытеснить нас из жизни. Но я не очень встревожен такой возможностью, поскольку считаю, что будущие машины — это наше потомство, "порождение нашего разума", созданное по нашему образу и подобию; это мы, но в более развитой форме. Как и биологические дети предыдущих поколений, они воплотят в себе лучшие надежды человечества на долгосрочное будущее. Это побуждает нас предоставить им все возможное содействие, а затем отойти в сторону, после того, как мы больше не в состоянии будем делать что-то полезное.

Рей Курцвейл в своей книге The Age of Spiritual Machines предсказывает, что к 2099 году наметится "мощная тенденция к слиянию человеческого мышления с миром машинного интеллекта, который был изначально создан родом человеческим. Больше не будет какого-либо четкого различия между людьми и компьютерами". Возникло даже новое слово, трансгуманизм, для обозначения активного социального движения, которое охватывает тех, кто готовится к такому будущему.

Достаточно сказать, что указанные вопросы становятся вызовом для большинства теоретиков морали, которые считают единственно возможным путем развития сохранение существования человека и самого человеческого рода.

Наконец, рассмотрим эту проблему с точки зрения робота. Если роботы обретут сознание, то трактовка их просто как "машин" (т.е. дальнейшее их принижение) может стать аморальной. Роботы сами должны также действовать морально — нам потребуется запрограммировать в них теорию, по которой они смогут судить, что хорошо и что плохо. Проблема прав и обязанностей роботов рассматривалась в произведениях авторов научной фантастики, начиная с Айзека Азимова. В широко известном фильме "АЛ." Спилберга основой сюжета является рассказ Брайена Олдисса об интеллектуальном роботе, в программу которого была вложена вера в то, что он — человек, поэтому он не мог понять, почему же его когда-то неизбежно покинет владелица-мать. И в самом рассказе, использованном Спилбергом, и в его фильме приведены доводы в пользу того, что должно быть развернуто движение за гражданские права роботов.